Джастіс Паблішинг

liberty and justice for all

Виктор Трепак: “Мое отстранение от “дела Гандзюк” произошло тогда, когда мы вышли на финишную прямую”

Сегодня генеральный прокурор Ирина Венедиктова назначила двух новых заместителей и распределила обязанности между подчиненными. Функционально-кадровая карта , брошенная Венедиктовой, вывела за скобки надзора за расследованием дела Екатерины Гандзюк заместителя генпрокурора Виктора Трепака, интервью с которым недавно опубликовало ZN.UA

За пять месяцев кураторства дела Трепаком был задержан в Болгарии и экстрадирован в Украину один из главных подозреваемых в организации убийства Екатерины Гандзюк – Левин. Следствие вышло на финишную прямую. Мы обратились за комментарием, к подавшему сегодня в отставку Виктору Трепаку.

“Сегодня подал заявление об отставке с должности заместителя Генерального прокурора. Такое решение принял после того, как Генпрокурор Ирина Венедиктова изменила функциональные обязанности заместителей.

В частности, у меня забрали курирование деятельностью двух департаментов – которые осуществляют процессуальное руководство по “делам Майдана”, и по делам, которые расследуются следователями СБУ.

Исходя из положений Закона Украины “О прокуратуре” и УПК Украины, считаю, что такое перераспределение полномочий является способом воздействия на меня и вмешательство в осуществление мной полномочий прокурора. То есть можно утверждать о нарушении гарантий независимости прокурора, что прямо запрещено законом.

Дело в том, что моя должность не является чисто административной – с ней связан целый комплекс процессуальных полномочий, предусмотренных УПК Украины, которые являются неотъемлемыми от тех уголовных производств, которые я курировал до сегодняшнего утра. А это, в частности, “дела Майдана” и дело об убийстве Екатерины Гандзюк.

Перераспределение полномочий между заместителями Генерального прокурора делает невозможным дальнейшее выполнение мной вышеуказанных процессуальных полномочий по таким делам, а следовательно, означает мое фактическое устранение от них в полном объеме.

Таким образом меня фактически отстранили от всех ключевых дел, которыми я занимался до сих пор. Причем мое фактическое отстранение от “дела Гандзюк” произошло тогда, когда в нем мы вышли на финишную прямую.

Утверждение генпрокурора И. Венедиктовой о том, что при изменении моих функциональных обязанностей за мной остаются те ключевые дела, которыми я занимался, является просто словами. Ведь выведение из моей компетенции соответствующих подразделений лишает меня как заместителя Генпрокурора процессуальных и организационных возможностей должным образом организовывать расследование этих дел. Такое решение на нынешнем этапе расследования этих дел считаю неоправданным и не взвешенным, поскольку это не будет способствовать эффективному расследованию.

В соответствии с Законом Украины “О прокуратуре” за пределами уголовного процесса Генеральный прокурор имеет право издавать письменные приказы административного характера, которые не могут быть основанием для ограничения или нарушения независимости прокуроров при выполнении ими своих полномочий. Именно поэтому я не воспринимаю такое перераспределение полномочий, которое устраняет меня от дел, за которые я несу ответственность перед обществом. Им также грубо нарушены независимость прокурора при исполнении мною служебных полномочий. В связи с этим мною подан рапорт об отставке.

Никоим образом не преувеличиваю свою роль и значение в расследовании этих дел, в т. ч. “дела Гандзюк”. Группа прокуроров по этому делу является компетентной и упорной. Как и группа прокуроров по “делам Майдана”. Но я хорошо знаю то, о чем говорю. Совсем не исключаю, что прокурорам, которые сейчас занимаются расследованием этих дел, просто не дадут работать так, как по ним нужно работать.

“Дело Гандзюк” – очень непростое дело. Мы вплотную приблизились к его полному раскрытию и установлению заказчиков. Но создается впечатление, что настоящий результат отдельных лиц не интересует.

Меня могут спросить, почему я не ушел с должности сразу после увольнения Руслана Рябошапки, который и пригласил меня на работу в Генпрокуратуру. Не подал тогда в отставку, так как считал правильным и обязанным завершить ряд ключевых дел, прежде всего “дело Гандзюк”. Потому что руководители прокуратуры меняются, а дела “висят”. Была надежда, что новый Генпрокурор (кто бы он ни был, а уже тогда было понятно, кто им станет) по-настоящему проникнется судьбой этих дел. Таким образом один из основных принципов – последовательность в деятельности государственных органов будет соблюден. Но чуда не произошло – сегодня это стало однозначно очевидным.

Предвижу и другое: начатая с такими сложностями реформа прокуратуры, которая впервые за все время независимости Украины внедрила ее кадровое чистки и кардинальное изменение принципов работы, будет прекращена. А это значит, что все вернется к предыдущей практике, к схемам и “решению вопросов”. К большому сожалению, есть все основания говорить о потерянных возможностях для утверждения в Украине новой по сути прокуратуры.

Ясно осознавая ответственность за свои обязательства, будучи последовательным в работе, этот поступок – никак не проявление слабости.

Иду, поскольку оставаться нет никакого смысла. Делать, как нужно для государства и как могу, – не дадут. А делать, как кому-то надо и для кого-то лично, – не хочу и не буду.

Жаль, что в силу определенных обстоятельств не могу оправдать надежд, которые на меня возлагало общество, семьи пострадавших и, в свое время, Президент”.

Коментарі з Facebook

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *